Парадокс золота: почему оно дешевеет на фоне геополитического кризиса

Оказалось, что инвесторы используют драгоценный металл как источник ликвидности, а не сохранения капитала.

Золото традиционно считается защитным активом, однако в марте рынок показал обратную динамику. На фоне эскалации на Ближнем Востоке и роста цен на нефть металл подешевел почти на 12% за март и напротив дорожает при новостях о процессе урегулирования конфликта. Подобной аномалии не наблюдалось даже в 1970-х, когда нефтяные шоки сопровождались ростом цен на золото.

Март 2026 года стал одним из самых волатильных периодов за последние годы. В конце февраля на фоне ударов по Ирану цена достигала 13 500 рублей за грамм, но уже 18–25 марта упала до 11 100 — максимальное недельное снижение с 2020 года. В конце месяца котировки частично восстановились до 11800 рублей. В итоге, по расчетам Moneymatika, чистое снижение составило около 12% при внутримесячной амплитуде свыше 20%.

• Триггеров было несколько. Во-первых, на рынке появились слухи о возможных продажах золота суверенными фондами стран Персидского залива для компенсации выпадающих нефтяных доходов. Несмотря на отсутствие фактов, сами эти сигналы усилили нервозность и давление на цены.
• Во-вторых, изменилась риторика ФРС: на фоне роста цен на энергоносители рынок стал учитывать не снижение, а вероятность повышения ставок.
• Дополнительное давление оказал физический спрос. После рекордного 2025 года потребители начали сокращать покупки: по данным World Gold Council, ювелирный спрос в IV квартале снизился до 441,5 тонны против 547,9 годом ранее. Центробанки также снизили активность: с более чем 1000 тонн в 2024 году до 863,3 тонны в 2025-м. Сократились закупки в Китае, пострадал индийский рынок из-за сбоев поставок через Дубай. В России Банк России в начале 2026 года также выступил нетто-продавцом, реализовав около 9 тонн.

Ключевым фактором стала логистика. Через ОАЭ, затронутую военным конфликтом, проходит до 20% мировых потоков золота. Блокировка Ормузского пролива и сбои авиасообщения нарушили цепочки поставок. В начале марта физическое золото в Дубае торговалось с дисконтом до $30 к LBMA — участники рынка распродавали запасы, не имея возможности их вывезти.

Параллельно усилилось давление со стороны макрофакторов. Рост инфляции изменил ожидания по ставке: по данным FedWatch от CME Group, рынок практически перестал закладывать ее снижение, допуская лишь ограниченную вероятность повышения. Доходности казначейских облигаций США остаются повышенными, а доллар получает поддержку. Для золота это означает двойной эффект: удорожание для держателей других валют и снижение инвестиционной привлекательности на фоне роста доходностей.

Коррекция усилилась за счет маржин-коллов и вынужденных продаж. В условиях стресса инвесторы использовали золото как источник ликвидности, одновременно фиксируя прибыль и выходя из ETF. В результате инфляционный шок сработал парадоксально: через рост доходностей и укрепление доллара он оказал давление на металл.

Исторически ситуация выглядит нетипично. В 1970-х нефть и золото росли синхронно на фоне ослабления доллара. Сейчас наблюдается обратная картина: сильный доллар подавляет золото, что делает текущую фазу уникальной.

Отдельную роль сыграл фактор розничного капитала. После активных притоков в ETF и роста интереса к серебру часть инвесторов быстро вышла из позиций при развороте рынка, усилив падение через стоп-лоссы.

В краткосрочной перспективе ключевым фактором остается фаза конфликта. По данным Bloomberg, США и Иран в новом раунде переговоров. При эскалации и сохранении ограничений доллар останется сильным, что продлит давление на золото, но создаст окно для входа. В случае успеха переговоров инфляционные ожидания ослабнут, доллар скорректируется, и золото получит импульс к росту.

Таким образом, в обоих сценариях базовая траектория остается восходящей. Геополитика определяет не направление, а тайминг. При этом структурные драйверы — дедолларизация, рост доли золота в резервах и обесценивание валют — сохраняются.

Текущая коррекция — это не слом тренда, а окно возможностей. Давление на цену носит макрофинансовый характер, тогда как фундаментальный спрос остается устойчивым. В этих условиях более рациональной стратегией становится поэтапный вход, а не попытка поймать минимумы.

Источник: Frank Media