Российские банки разложились по корсчетам

По итогам апреля российские банки разместили рекордный объем средств на корсчетах в других кредитных организациях — 7,2 трлн руб. Причем большая часть денег пришла на счета зарубежных банков. Это стало возможно из-за роста профицита внешней торговли на фоне резкого роста объема экспорта и сокращения импорта, а также из-за ограничения вывоза капитала из России. Но такое размещение средств не приносит доход банкам и несет существенные санкционные риски, отмечают аналитики.

Согласно опубликованному ЦБ 27 июня, отчету о деятельности кредитных организаций, объем размещенных на 1 мая 2022 года средств на корсчетах в банках достиг рекордного значения за все время наблюдений — 7,2 трлн руб. За месяц показатель вырос более чем на 20% и превысил значения прошлого года в 3,5 раза. Вместе с тем средства на корсчетах в российских банках (в том числе с учетом средств иностранных банков) за отчетный период выросли менее чем на 800 млрд руб. и составили всего 2,9 трлн руб.

Таким образом, отмечают эксперты, более 4 трлн руб. приходятся на средства, которые российские банки разместили в иностранных кредитных организациях.

Причем в предыдущие годы на корсчета в иностранных банках приходилось 75–80% средств российских кредитных организаций, т.е. сейчас остатки могли даже превысить 5 трлн руб. При этом динамика курса рубля играла скорее против такого роста, в апреле курс доллара снизился с 83 руб./$ до 71 руб./$.

Как пояснил главный аналитик Сбербанка Михаил Матовников, основная причина столь существенного роста остатков на корсчетах российских банков заключается в профиците торгового баланса. Так, по данным Банка России, профицит текущего счета платежного баланса РФ за первые четыре месяца 2022 года составил $95,8 млрд. По оценке ЦБ, это почти в 3,5 раза выше показателя соответствующего периода прошлого года, когда он составил $27,5 млрд.

Глава ЦБ Эльвира Набиуллина говорила в апреле, что ситуация с платежным балансом существенно изменилась.

«В этом году мы можем увидеть рекордный профицит текущего счета в размере $145 млрд. Но эта ситуация неблагоприятная. Она отражает лишь то, что импорт сокращается гораздо сильнее, чем экспорт, причем как в физическом, так и в стоимостном выражении»,— поясняла она.

Во многом это определялось ценой на экспортные товары, особенно в весенние месяцы — на газ (на европейском рынке цены почти не снижались ниже $1 тыс. за 1 тыс. куб. м), нефть (российская Urals даже со скидкой торговалась преимущественно выше $80 за баррель), уголь, удобрения и т.д. Одновременно резко сократился объем импорта из-за санкционных и логистических ограничений. Кроме того, отмечает Михаил Матовников, резко сократился отток капитала. «Отток снизился не только из-за мер российских властей, которые ввели ограничения на перевод средств за границу как в отношении нерезидентов, так и россиян, но и из-за мер, которые приняли иностранные власти»,— указывает он.

В частности, была заморожена возможность работать с Euroclear (см. “Ъ” от 23 марта), западные банки стали массово отказываться работать с российскими компаниями, многие из которых попали под санкции и не смогли выводить капитал, также заморозка резервов ЦБ не позволила скупать излишки валюты в ФНБ. «Последние несколько лет профицит торговли с корсчетов российских банков в иностранных кредитных организациях переходил в резервы ЦБ, инвертировался в ценные бумаги или инвертировался в иностранные активы, включая средства на счетах в иностранных банках»,— поясняет Михаил Матовников. Однако после введения блокирующих санкции в отношении ЦБ, Минфина и ФНБ такие операции стали невозможны. Сейчас «весь избыток стал остатками на корсчетах за границей», считает эксперт.

При этом, по оценке аналитиков, остатки на корсчетах могут продолжить рост в ближайшие месяцы.

Как отмечают аналитики «Локо-инвест», торговый профицит в мае оценивается в $35 млрд, лишь немного ниже $39–40 млрд в марте—апреле. По оценке АКРА, экспорт товаров до конца года может составить $421 млрд, тогда как импорт — $245 млрд. Однако, полагает господин Матовников, большого смысла в таком размещении средств нет, поскольку разместить их с доходом трудно. К тому же, отмечает он, эти средства находятся под санкционными рисками.