Объем наличных в обороте вернулся на докризисный уровень

Объем наличных денег в обращении на территории РФ достиг докризисных показателей: 6 мая денежная масса в узком определении составляла 4,36 трлн рублей — минимум после начала спецоперации на Украине (в марте показатель имел пиковые значения — 17,2 трлн), пишут  «Ведомости» со ссылкой на еженедельные данные Банка России.

Отмечается, что в учитываемые наличные входят деньги в обращении с учетом остатков в банковских кассах, а также обязательные резервы банков в ЦБ.

Бросились снимать наличные

Резкое увеличение количества наличных денег в России произошло за один день — 25 февраля оборот вырос на рекордную за все время наблюдений (с 2011 года) сумму — 1,4 трлн рублей, уточняется в статистике Центробанка. Таких значений «наличка» не достигала даже во время кризиса в 2014 году — в пиковый день 19 декабря сумма составляла 490,6 млрд рублей.

Увеличение оборота связано с тем, что россияне стало массово забирать свои накопления из банков (в феврале, особенно в последнюю неделю месяца, средства граждан в банках сократились на 3,5%, или на 1,2 трлн рублей). По сумме это стало самым значительным оттоком вкладов как минимум с 2008 года (более ранней статистики у регулятора нет).

Тогда россияне опасались, что средства в банках будут заблокированы или что банки столкнутся с финансовыми сложностями, пояснили эксперты. Кроме того, страх, что пластиковые карты не будут работать, тоже заставлял людей переходить на кеш, говорится в публикации.

Соблазнились ставками по вкладам

В марте отток замедлился и средства сократились на умеренные 236 млрд рублей, отметил регулятор. При этом сокращались только валютные остатки (на 9,8 млрд долларов, или на 818 млрд рублей), тогда как банковские средства россиян в рублях в марте выросли на 582 млрд рублей, в основном за счет увеличения срочных вкладов, подчеркивал ЦБ.

Более ощутимая стабилизация наступит, когда денежная масса достигнет уровней 2021 года — 13,7—13,8 трлн рублей, подчеркнули аналитики. Сжатие денежной массы — ожидаемое следствие снижения нормативов обязательных резервов для банков на фоне мартовских мер поддержки сектора.